предприятия новости анализ
реклама на портале
реклама на портале
золотодобывающие компании красноярского края список новости
золотодобывающие компании амурской области список новости
золотодобывающие компании чукотки список новости
золотодобывающие компании якутии список новости
золотодобывающие компании хабаровского края список новости
золотодобывающие компании иркутской области список новости
золотодобывающие компании магаданской области колымы  список новости
золотодобывающие компании бурятии список новости
золотодобывающие компании забайкальского края список новости
золотодобывающие компании камчатки список новости
золотодобывающие компании приморского края список новости
золотодобывающие компании свердловской области  список новости
золотодобыча в России и мире обзоры статьи аналитика
ковры для драг и промприборов РТИ производство реализация
оборудование для пробоподготовки и пробирного анализа лаборатории
техника золотодобычи: бульдозеры погрузчики экскаваторы ЗИФ итд
дробилки,дробильно-сортировочное оборудование ,запчасти,брони, комбинированные передвижные ,конусные,щековые,дробилки на гусеничном ходу горная порода щебень зерно metso sandvik telsmith terex
месторождения полезных ископаемых золота на карте координаты
фотографии северо енисейскгог района красноярского края  олимпиадинский гок
контакты золотодобывающих компаний артелей приисков адрес телефон e-mail
Портал Рейтинг золотодобывающих компаний РФ, реклама ,контакты

04.01.2017 «Бизнес начал экономить на замене устаревшего оборудования»

Глава Ростехнадзора Алексей Алешин об аварийности, контроле и надзоре

Руководитель Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, контролирующей промышленную безопасность в РФ, рассказал “Ъ”, как выросла аварийность после того, как служба начала применять риск-ориентированный подход. По его словам, в перспективе Ростехнадзор поддержит специальные «ремонтные» тарифы для компаний и будет расширять дистанционный надзор на подконтрольных объектах.

— Склонны ли компании в кризис экономить на промышленной безопасности? Есть прогнозы, что кризисное состояние продлится довольно долго, как долго они смогут экономить таким образом?

— Склонность имеет предел — есть правила в области промышленной безопасности, не делающие послаблений из-за кризиса. У нас есть полномочие: при непосредственной угрозе жизни и здоровью мы имеем право остановить предприятия в целом или запретить использование какого-то оборудования (например, в угольной отрасли таких случаев 699 в 2015 году и 603 на 11 месяцев 2016 года). Приостановка предприятия — это предотвращенная авария, и это очень серьезное, реальное полномочие, которое дали нам после аварии на шахте «Распадской». За последние пять лет идет снижение количества аварий — в частности, за период 2014–2015 годов аварийность снизилась по сравнению с аналогичным периодом 2012–2013 годов на 9%.

— Исключения были?

— Был резкий всплеск аварийности в 2015 году по подъемным кранам: произошло 40 аварий, прирост по сравнению с 2014 годом составил 56%. После принятия поправок о риск-ориентированном подходе в промышленной безопасности в 2014 году их отнесли к четвертому классу опасности, избавив от плановых проверок. Предполагалось, что бизнес — взрослый и ответственный — должен соблюдать все требования к безопасности. Но не получилось, не соблюдают. В итоге мы в конце ноября внесли в правительство проект поправок к закону о промышленной безопасности, позволяющих эти объекты перевести в третий класс опасности — с частотой плановых проверок раз в три года. Мы обратили внимание, что в 2015 году пошел рост аварийности по отношению к 2014 году — аварий стало больше, но они стали мельче. Мелкие аварии связаны с тем, что бизнес начал экономить на ремонтах и замене устаревшего оборудования. Мы учли этот факт, стали уделять особое внимание таким предприятиям, и аварийность снизилась. Оборудование, которое используется на опасных производственных объектах, в разном состоянии. У нас всплеск аварий пошел на объектах химического производства — доля оборудования, отработавшего нормативные сроки, достигает 70–80%. В нефтедобыче доля оборудования со сроком службы более 25 лет составляет 38% — снизившись за последние пять лет благодаря программам модернизации с 52%.

— Есть оценки, что реальное положение дел с нефтеразливами в разы хуже, чем статистическое. Какие наблюдения есть у вас? Можете ли сказать, что 100% аварий на нефтепроводах известны и находятся под контролем?

— По данным нашей системы информатизации, в 2015 году было 17 аварий на опасных производственных объектах добычи нефти и газа, в 2016-м — 8. Основные причины возникновения аварий — внутренняя и наружная коррозия, негерметичность соединений трубопроводной арматуры и трубопроводов. Есть проблема с указанием причин аварий: чаще всего эксплуатирующие организации классифицируют события, связанные с разливами нефти, как инциденты и отказы. В 2015 году таких инцидентов было 9,1 тыс., в 2016-м — 4,9 тыс. Проблему могут решить наши совместные с нефтегазовыми компаниями методические рекомендации, в которых мы разъясним, как правильно идентифицировать такие происшествия.

— В каких отраслях максимален объем устаревшего оборудования?

— Если не говорить об объектах, построенных за последние десять лет, то его везде достаточно много. Кардинально переломить тенденцию, сделав так, чтобы сейчас резко аварий не стало, невозможно. Много подобных проблем с электросетевым оборудованием и трубопроводным транспортом, много объектов требуют не просто ремонтов, а замены. Но в электросетевом комплексе это упирается в тарифы, за счет которых компании могут это делать. Вопросы баланса между уровнем тарифов и необходимостью менять и ремонтировать оборудование рассматриваются на правительственных комиссиях — там всегда можно найти баланс, который позволит прилично пройти очередной этап без серьезных аварий.

— Поддерживает ли Ростехнадзор идею учета расходов компаний на модернизацию в тарифах?

— Это не совсем наша компетенция, но отмечу — компания, которая использует регулируемые тарифы, должна доказать их обоснованность. Ростехнадзор, безусловно, поддержит государственную политику регулирования тарифов, если в них будет заложена статья на модернизацию производства и если это будет предложено. В тарифы возможно включить графу «вопросы технической и технологической безопасности» или «техническое перевооружение» — с указанием, на что их планируют потратить. Потом технадзор или другой надзорный орган сможет посмотреть, были ли выделены в тарифе средства и на что были потрачены,— с возможностью убрать такой тариф, если успехов не было. Аналоги такой системы есть на Западе. Но это пока идея, которую надо будет обсудить.

— За счет чего эту модернизацию можно было бы провести? Прогнозы экономического роста неоптимистичны.

— Это не совсем наш вопрос, мы обращаем внимание на конкретные ситуации — всплеск пошел по авариям, мы отреагировали. Что произойдет у нас в 2017 году, будем анализировать и реагировать соответствующим образом.

— Ранее Ростехнадзор жаловался, что в крупных компаниях воспринимают его работу как бесплатный технический аудит и сотрудничают, а владельцы частных опасных объектов стараются избежать контроля и «решать вопросы» иными путями. Эта ситуация меняется?

— Скорее нет, крупные государственные и негосударственные компании более склонны с пониманием относиться к нашим проверкам. Но найти взаимопонимание не всегда просто.

— Ваше ведомство регулярно отчитывается о «системной борьбе» с коррупцией, но после крупных аварий регулярно появляются сообщения о новых ее проявлениях. Нет ли связи между избыточностью требований надзора и желанием бизнеса «откупиться»?

— На мой взгляд, требования сложно выполнить только тем, кто не готов их выполнять — из-за нежелания, или неумения, или, может быть, отсутствия финансов. Что касается сложностей процедур, которые надо у нас пройти,— это не является причиной. Все нормативные требования мы согласовываем с бизнес-объединениями при разработке. Но мы живем в стране, в которой живем, сотрудники Ростехнадзора — такие же граждане России, и все, что у нас происходит в России в плане коррупционных проявлений,— здесь ситуация не хуже и не лучше. Мы системно с этим боремся.

— Что значит «системно»?

— Например, компания подает в Ростехнадзор документы для получения лицензии, ей дают заключение об ошибке и возвращают эти документы для исправления, а потом тот же сотрудник вновь находит новые нарушения. С большой долей вероятности можно сказать, что человек ждет «дополнительных аргументов», чтобы принять правильные решения. Я издал приказ: сотрудник, нашедший повторно нарушения в документах, должен написать объяснительную, почему он в первый раз этого не увидел. Этот документ и вся ситуация берутся на контроль. Очень часто пытаются платить деньги нашим сотрудникам просто так, за хорошее отношение. С этим трудно бороться, надо разбираться с каждым конкретным человеком, это уже личная культура, личное воспитание. Это общая такая система, которая в стране, к сожалению, есть.

— Дистанционный контроль, предусмотренный реформой контроля и надзора, уже где-то используется?

— В 2015–2016 годах мы в тестовом режиме на ряде объектов начали испытывать систему дистанционного надзора. Объектов даже первого, второго класса опасности достаточно много, около 10 тыс., столько дежурных у нас не может быть. Информация с датчиков автоматически анализируется на конкретном объекте и одновременно приходит и диспетчеру на предприятие, вышестоящему руководителю на этом предприятии, собственнику и в Ростехнадзор. Это позволяет выиграть время на реакцию.

— Как будет развиваться дальше эта система?

— Есть интересные инициативы, которые разрабатываются без бюджетных средств, но при поддержке бизнеса: те вещи, которые для них интересны, они финансируют сами. Развивать удаленный надзор можно по трем направлениям. Во-первых, отправлять в Ростехнадзор видео с объектов, на которых камеры стоят штатно. Во-вторых, предоставить Ростехнадзору удаленный доступ к документации: около 70% наших плановых проверок — это проверка документов, есть ли они, правильно ли оформлены. В-третьих, минимизировать общение нашего инспектора с поднадзорной организацией — это в том числе связано с коррупционными проявлениями.

Кроме того, в 2017 году мы переходим от статической модели, когда при осуществлении контрольно-надзорной деятельности предусматривается распределение объектов контроля по категориям риска, к динамической модели. При ней риски для каждого предприятия строятся отдельно, с учетом индивидуальных показателей состояния промышленной безопасности — от этого будет зависеть график плановых проверок. Мы протестировали «профиль риска» опасных производственных объектов, его полномасштабное внедрение запланировано уже с 1 января 2017 года.

Беседовала Софья Окунь "Коммерсантъ" от 22.12.2016,

При использовании информации гиперссылка на www.eRUDA.ru - "Рейтинг золотодобывающих компаний "обязательна.
Источник новости - "Рейтинг золотодобывающих компаний"/eRUDA.ru/
источник

обновления базы данных "Вакансии в ведущих золотодобывающих предприятиях РФ" последняя версия
 
eRUDA.ru – информационный ресурс о горнодобывающих, золотодобывающих предприятиях РФ. eRUDA.ru – не является официальным представителем какого-либо предприятия, не занимается устройством на работу и не рассматривает резюме соискателей.
Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг золотодобывающих компаний РФ
контакты: coordinator@eruda.ru
eRUDA.ru
© 2004-2017. All rights reserved.
База Данных "Вакансии в ведущих золотодобывающие предприятиях РФ"